Его называли знатоком русской души. Сам про себя Николай Лесков говорил: " Я не изучал народ по разговорам с петербургским извозчиками, а я вырос в народе... Я с народом". Великий русский писатель, публицист и литературный критик много лет жил и творил на территории нашего округа. Адресов знаменитость сменил множество. Памятную же доску установили на фасаде 50-го дома по улице Фурштатской. Здесь Николай Семенович творил с 1889 по 1895 годы.

Многочисленные командировки по России, предшествовавшие жизни в Петербурге, наложили серьёзный отпечаток на творчество писателя. У него была возможность познакомиться с культурой и бытом различных регионов. «…Это самые лучшие годы моей жизни, когда я много видел и жил легко», — позже вспоминал Лесков.

По степени раскрытия тем, близких по духу народу, Лескова ставили в один ряд с Некрасовым. 

Вспомним хотя бы "Левшу" (полное название: "Сказ о тульском косом Левше и о стальной блохе"). Об этой повести в жанре сказа сам автор высказывался: "Там, где стоит "Левша", надо читать "русский народ". "Левша" в русском языке стало нарицательным именем, обозначающим талантливого выходца из народа, мастера с золотыми руками, a выражение «подковать блоху» стало фразеологизмом.

Проживая на Фурштатской, Николай Семенович написал свои лучшие творения. Среди них: "Соборяне", "Очарованный странник", "Запечатленный ангел", "Павлин". 

Чуднов о жизни Лескова на Фурштатской написал в своей книге: "Двухэтажный каменный особняк в самом конце Фурштатской был построен еще в начале XIX века. С высоким фронтом и большими большими сердечными окнами, он выделялся на глухой, ещё не совсем настроенной улице. Его окна выходили прямо к одной из оранжерей Таврического дворца. Здесь было по провинциальному тихо, много зелени и солнца. 

Лесков снимал на верхнем этаже шесть комнат, расположенных анфиладой. Лишь писательский кабинет был обособленно, непригодным. Летом в него долетал птичий гомон из обширного сада, а в осеннюю непогоду - гулкий шум вековых деревьев".